5 августа, 2021 1:48

Станислав Казда, РГК: Если сравнивать газораспределительные сети Украины с европейскими, мы где-то в периоде динозавров

В интервью OilPoint директор по стратегии развития «Региональной газовой компании» Станислав Казда рассказал, как подготовить газораспределительные сети к работе 21 веке и где взять инвестиции для редизайна всей системы.

Транзит водорода и других синтетических газов для Украины – вопрос пятилетней перспективы. Пока же компании, занимающиеся транспортировкой газа, на этапе экспериментов.

Промежуточные результаты показывают, что искусственные газы раньше окажутся не в магистральных газопроводах, а в региональных — газопроводах низкого и среднего давления.

Но для этого, как утверждают газовики, с украинской газораспределительной системой предстоит проделать большую работу, что, в свою очередь, требует инвестиций.

На протяжении последних двух лет Нацкомиссия, осуществляющая госрегулирование в сферах энергетики и коммунальных услуг, значительно изменила формирование тарифов для газораспределительных компаний, включив в тариф инвестиционную составляющую.

Достаточен ли нынешний тариф на транзит газа для того, чтоб проводить модернизацию газораспределительных сетей? По мнению газовиков – все еще нет.

О том, в каком состоянии сейчас находятся украинские газораспределительные сети, а также сколько необходимо средств для того, чтобы перенести украинскую систему распределения газа в 21-й век OilPoint поговорил с директором по стратегии развития «Региональной газовой компании» Станиславом Каздой.

 

Подземные газопроводы по селам строились по принципу «что было, то и закопали»: о техническом состоянии украинских газораспределительных сетей

 

— В 2015 году вы утверждали, что аварийным был каждый сотый метр сетей, а к 2020-му аварийным будет каждый 50-й метр. Подтвердился ли ваш прогноз? В каком состоянии сейчас украинские газораспределительные сети?

— Из того, что я вижу в RGC GIS («геоинформационная система» – программный продукт, созданный РГК, который позволяет нанести на карту статическую (все сети и газовое оборудование) и динамическую (результаты осмотров, контроля и ремонтов сети) информацию, на основе которой можно сделать выводы о техническом состоянии конкретной части сети – ред.), прогнозы приблизительно подтверждаются.

Наблюдается ухудшение технического состояния сетей, в том числе из-за недостаточного инвестирования – у газораспределительных компаний (не только под брендом РГК) нет ресурсов, чтоб привести сети в порядок.

Более того, тут вопрос даже в другом: сети нужно подготовить к работе в ХХІ веке. Если сравнивать газораспределительные сети Украины со странами Европы, то мы еще где-то в периоде динозавров.

— В чем это заключается?

— Кроме технического состояния сетей, есть вопросы к их качеству. В 1980-е годы, когда происходило массовое строительство газовых сетей силами совхозов и колхозов, их качество не контролировалось. В итоге состояние сетей, построенных в 1980-1990-е годы, намного хуже, чем состояние сетей 1960-х годов.

Подземные газопроводы по селам строились по принципу «что было, то и закопали». Часто их не засыпали песком, потому что его не было. Засыпали щебнем, который повредил изоляцию. Такие сети приходят в негодность намного быстрее.

Что касается инвестиций: для начала нужно привести всю инфраструктуру в технический порядок, чтобы мы могли гарантировать беспрерывную и безопасную доставку газа потребителям – то, что нас обязывает законодательство.

Следующий шаг – модернизация сетей. Это позволит не тратить лишние деньги на их эксплуатацию, и даст нам возможность готовить их к работе с синтетическими газами. Без масштабной реконструкции и редизайна газораспределительных сетей Украине будет тяжело выполнять условия европейского Green Deal.

— Если брать все газораспределительные сети, о какой сумме инвестиций может идти речь?

— Если учесть среднюю стоимость реконструкции одного километра трубы, одного газораспределительного пункта и так далее, полный редизайн распределительных сетей может обойтись в более чем 200 миллиардов гривен.

Это подразумевает исправление технических неисправностей, возникших из-за того, что более 20 лет облгазы не получают необходимое инвестирование. Полный редизайн сетей необходим чтоб привести сети в состояние, позволяющее эффективно их эксплуатировать.

Основная задача редизайна — соответствие сетей текущим потребностям потребителей. Ведь сейчас используется всего четверть мощности газораспределительной системы. Содержание 75% невостребованной мощности возлагается на потребителя и это — неправильно.

Сейчас Украина использует самый дорогой и самый неэффективный способ эксплуатации сетей — эксплуатацию по периодичности. Простыми словами, сейчас прописано, что, где и когда нужно проверять, несмотря на то, есть ли в этом необходимость. Редизайн позволит перейти к другим методам обслуживания, которые практикуются в Европе, и не регламентированы пока в Украине.

— Можете рассказать подробнее?

— Эксплуатация сетей по техсостоянию, когда оператор газораспределительной сети сам определяет, что и где нужно проверять, в зависимости от того, в каком состоянии сеть.

Сейчас, условно, газовикам необходимо прийти на каждый ГРП (газораспределительный пункт – ред.) раз в неделю — независимо от того, сколько ему лет и когда он был реконструирован. Туда все равно нужно прийти, проверить и проконтролировать – сделать разные замеры.

Конкретный пример: в 2014-2015 годах я сравнивал чешские ГРС с украинскими, и выяснил, что если в Чехии газовик посещает один ГРП четыре, а то и два раза в год, для перенастройки на зимний и летний режимы, то в Украине – 56 раз.

За последние несколько лет мы добились, чтоб большую часть этих работ убрали. Но все равно на каждый ГРП сотрудники газораспределительных компаний приходят 16 раз год, а самих ГРП в Украине около 100 тысяч.

— Это бесполезная работа.

— Да. Но сейчас она необходима, поскольку сети в ненадлежащем техническом состоянии. И без редизайна сетей сложно уйти от этой практики и перейти на обслуживание по факту – или по техсостоянию, или по принципу рисков, — когда газовики сами себе определяют, как часто и какие работы проводить на отдельно взятом ГРП.

Если на ГРП установлена телеметрия, то информация о количестве переданного газа, давлении, параметрах загазованности автоматически фиксируется и удаленно передается. Если диспетчер видит, что все в порядке, то газовикам туда следует заходить, только если они проезжают мимо по другим работам – тогда это ничего не стоит.

Редизайн также нужен, чтоб оптимизировать сети с точки зрения количества оборудования. Сейчас большой объем оборудования в украинских газораспределительных сетях не нужен, особенно – ГРП и ШРП (шкафные распределительные пункты – ред.).

Украинские ГРС рассчитаны на объем потребления в 100 млрд кубов в год, а сегодня потребление – в 4 раза меньше, на уровне 25 миллиардов куб. м, включая промышленность.

Поэтому много технологий, построенных в советское время, сейчас не нужны. И вряд ли кто-то в будущем будет ими пользоваться, ведь потребления в тех объемах уже не будет никогда. Наоборот, за счет энергоэффективности потребление будет продолжать снижаться.

— О каком оборудовании идет речь – о трубах или о газораспределительных пунктах?

— Обо всем — трубы, газораспределительные пункты и системы электрохимзащиты, которых только по нашей сети насчитывается около 15 тысяч, а по всей Украине – 20-25 тысяч, но на самом деле их необходимо намного меньше.

Например, чешские газораспределительные сети, которые по километражу в пять-шесть раз меньше, чем украинские, но имеют в 15 раз меньше СКЗ (станций катодной защиты – ред.).

Объясню: эти станции защищают подземные стальные газопроводы, чтоб замедлить коррозию, которая возникает если почва засолена или окисленная. Если станция СКЗ неисправна – за пять лет труба рассыпается. Особенно остро эта проблема стоит в городах, где есть электротранспорт – например, в Харькове и Днепре.

Но, опять же, СКЗ нуждаются в обслуживании, они потребляют электричество, но свою роль они не выполняют, так как были построены под большие объемы потребления, и сейчас расположены в тех местах, где такое потребление не нужно.

Также редизайн необходим в контексте выполнения Green Deal, а именно взятого Украиной обязательства по снижению выбросов метана в атмосферу. Тут нужна реконструкция и редизайн с точки зрения будущего, чтобы распределительные сети смогли принимать синтетические газы.

— В том числе, водород?

— Не только. Это просто факт – синтетические газы будут в сетях. Точно не завтра и не через год, но через 5-7 лет это будет реальностью.

Они массово будут закачиваться именно в распределительные сети, а не в магистральные, ведь большинство производителей не смогут обеспечивать давление, необходимое для транспортировки по магистральным газопроводам – от 20 до 60 кгс/кв см. Будет намного проще закачать синтетический газ в распределительную сеть, где давление на порядок ниже – 1 или 3 кгс/кв см.

Для этого нам и нужен редизайн. Причем, это вопрос изменения самой архитектуры сети – некоторые ее составляющие нужно вообще убирать из сети, а некоторые – добавить.

— Что нужно убрать, а что добавить?

— Судя по результатам наших водородных испытаний, необходимо принципиально сократить количество разъемных стыков – винтов, гаек, фланцев. Они оказываются самым слабым звеном, через которое происходит больше всего утечек водородной смеси. Молекула водорода в 4 раза меньше, чем молекула газа, и проще проходит через уплотнительные материалы. Чем меньше соединений – тем лучше.

— Это подразумевает полную перестройку трубы?

— В том-то и дело, изначально нужно определить концепцию редизайна — построить модель, просчитать гидравлику. В сеть придется добавлять новые технологии для онлайн-мониторинга химсостава газа – например, потоковые хроматографы. Химический состав газа будет меняться в зависимости от того, откуда, какого и сколько газа закачивается в систему, а также кем и как он будет потребляться.

Но главное, нужна масштабная автоматизация сетей – это установка телеметрии, модемов, удаленного доступа к управлению кранами, автоматического ограничения доступа к системе (например, если качество биогаза очень низкое), или наоборот – разрешения повышенного объема закачки для поддержки необходимого химсостава газа в системе.

— Вы называли цифру в 200 миллиардов гривен. Сколько из нее может уйти на автоматизацию системы?

— Вопрос в принципе в возможности автоматизации, ее архитектуре. По результатам нашего водородного проекта мы попытаемся сделать новую стратегию и новые требования к архитектуре распределительных сетей.

Есть несколько вариантов автоматизации, которые требуют разного финансирования. Например, автоматизация первого поколения – пассивный сбор данных из системы. Потом данные анализируются диспетчерами, которые, в свою очередь, на их основе принимают решения.

Это довольно простой вариант, но не совсем оптимальный с точки зрения динамики процессов. В случае возникновения проблем, например с химсоставом газа в трубе, оператор ГРС должен в течение 5 минут правильно поменять потоки в системе. При этом не будет времени на то, чтобы доехать до ГРП и перекрыть краны вручную.

Для внедрения первого поколения автоматизации в Украине есть необходимые технологии и системы. Единственное, что сейчас отсутствует – профессиональные системы технологических диспетчингов, тем более для такого большого количества потребителей, как в Украине.

Сейчас потребителей около 12 миллионов, а украинская сеть самая большая в Европе – до 400 тысяч километров трубы. В Германии и Испании, может, больше потребителей, но сами сети более компактные.

Второй вариант – high-tech, когда автоматизировано все. Тогда службы эксплуатации работают только с электронными системами, и количество персонала, работающего на сетях, резко падает.

Когда я заканчивал работу в чешском филиале компании RWE, всю систему, которая в 6 раз меньше, чем украинская, и насчитывает около 70 тысяч километров трубы, обслуживало 1,5 тысячи человек. В Украине – на порядок больше, около 50 тысяч сотрудников.

Однако, инвестиции в RWE были на порядок больше — около 3,5 млрд долларов в год, а в Украине – 700 миллионов гривен! В Чехии на одного потребителя приходится 1,5 тысячи гривен инвестиций, а в Украине – только 120 гривен.

 

«Непопулярно, но факт: обслуживание газораспределительных сетей стоит денег»

 

— Кто должен инвестировать в обновление газораспределительных сетей?

— Есть всего два варианта. Либо по советской модели, государственное финансирование, за счет бюджетных средств, что для потребителя будет условно бесплатно. Либо можно выбрать более-менее демократичный подход и собрать деньги с потребителей.

Но даже если деньги даст государство, это все-равно ляжет на плечи потребителей, ведь у государства нет других крупных источников дохода, кроме налогов. В результате то, что потребитель не заплатит прямо, заплатит через другой вид налогов.

— А привлечение инвесторов?

— Если придет инвестор и даст деньги, ему придется их возвращать. Это, снова-таки, ляжет на потребителя. Даже если это будет Международный валютный фонд – речь не идет о безвозвратном кредите. Да, он будет под 0,5-1%, и не на 5 лет, а на 20-30. Но все-равно, выплаты кредита будут заложены в тарифы.

Да, это непопулярно. Но если вы хотите какую-то услугу, за нее нужно платить. Бесплатно ее никто не предоставит.

— До какого уровня вырастет тариф, если туда заложить все необходимые инвестиции?

— Я делал расчеты еще в 2014 году на основе того, сколько я плачу в Чехии, и учитывая трудозатраты в Украине – ведь если средняя зарплата газовика в Чехии эквивалентна 40 тысячам гривен, то в Украине она на уровне 9 тысяч.

В Украине кубометр газа со всеми тарифами (не только с оплатой фактической стоимости газа, но и тариф оператора рынка и плата за транспортировку) обходится бытовым потребителям в 9-10 гривен. А в Чехии – около 150 гривен.

Такая разница возникла из-за того, что в Украине применен принципиально неправильный способ ценообразования.

— Можете рассказать подробнее?

— В Украине большие потребители — платят больше. А затраты, которые должен нести бытовой потребитель, компенсируются перекрестным субсидированием.

Чем больше потребитель использует газа, тем меньше должна быть его стоимость, так как на обслуживание уходит меньше денег в расчете на единицу газа.

Также есть условно фиксированные затраты на газораспределительную систему, которые никуда не исчезают — их надо оплачивать постоянно, даже если потребитель газ не использует.

При этом, в 2021 году заказанная мощность для Операторов ГРС сократилась на 25%, но затраты при этом не снизились. За счет этого увеличился тариф на распределение газа. Соответственно, если систему не оптимизировать, а снижение потребления будет продолжаться, то тариф на распределение будет стабильно расти.

— Если он будет расти и дальше, потребители будут отказываться от газа.

— Да. Но, опять-таки, поставка газа, как и любой другой коммуналки, не является социальной услугой. Это мировой опыт. Если потребитель не хочет, он может не пользоваться газом и найти другой источник.

— Электроэнергию, например?

— Да. Или топить дровами. Газ не является незаменимым энергоресурсом, он имеет альтернативу.

Да, есть потребители, которые нуждаются в газе, но не имеют возможности его оплачивать, но это другая тема. В таком случае должно сработать государство и предоставить этим людям субсидию. Но из своего бюджета, а не за счет поставщика этой услуги. Да, это неприятно и непопулярно, но это объективно.

Если потребитель не хочет платить – он может отключиться от сети. Ведь за что он платит – за возможность прийти домой, нажать кнопку и получить газ.

Это классический европейский двухставочный тариф – когда потребитель платит за то, что он присоединен (в Чехии, например, – это 70% от общей платы за газ), и за использованный объем.

— Представим ситуацию: тариф на распределение растет, люди массово начнут отключаться, облгазы потеряют большое количество клиентов, ведь отапливать электроэнергией может стать выгоднее. В итоге компании не получат средств на модернизацию. Следовательно, тарифы на доставку возрастут еще и еще.

— Факт. Но тогда объем денег, необходимых на реконструкцию, снизится, потому что не нужно будет обновлять те присоединения, которые не используются.

Но тут ошибка в предположении — электричество не может быть выгоднее, чем газ. Электроэнергия – это вторичный источник энергии, который в том числе производится из газа. Как он может быть дешевле, чем основной ресурс?

Даже при розничной цене в 10 грн за кубометр газа, киловатт-час энергии стоил бы меньше 1 грн. Уже сейчас 1 киловатт-час электроэнергии для домохозяйств обходится в 1,68 грн. И, скорее всего, при потреблении домохозяйствами более чем 300 киловатт в сутки, тариф вырастет до 3 грн.

Поэтому те, кто используют электроотопление, в любом случае будут платить больше, чем те, кто используют газовое.

— Как нужно изменить расчет тарифа на распределение газа?

— Нужно внедрить нормальную методику тарифообразования – закладывать в тариф все необходимые расходы. Сегодня во многих компонентах тарифа реальные затраты не учитываются.

— Речь не только о газе для производственно-технических расходов?

— Прежде всего, нужно начать с нормальной заработной платы газовиков. Как может быть средняя зарплата по Киеву 20 тысяч, а средняя зарплата газовика – 9 тысяч? Это же касается всей энергетики.

Это общеэкономический вопрос – зарплаты, которые получат газовики, вернутся в экономику страны. Это деньги не для облгазов – они поступят сотрудникам, которые их сразу потратят на потребление – деньги сразу вернутся в систему.

Второй момент – в тариф нужно включить нормальные коэффициенты оптимизации. Чтоб снизить тариф – вы должны работать эффективно. Чтоб работать эффективно, должна быть хорошая инфраструктура.

— Это уже RAB-регулирование.

— Да. Кроме этого, в тариф нужно заложить правильные затраты на эксплуатацию газовых сетей. Например, в 2015 году они были занижены наполовину от тех затрат, которые были необходимы. Если бы речь шла о 20-30% — можно было бы сослаться на ошибку в расчетах, но тут разница – в 100%.

Затраты на инвестиции – это прибыль. Только с заложенной прибылью облгазы могут привлекать деньги инвесторов и раскладывать некоторые инвестиции для потребителей по времени – не на три или пять лет, а на 10-20.

Мы не придумываем ничего нового. Это стандартная методика RAB-регулирования, и она работает в большинстве стран Европы.

Более того, деньги, которые операторы получат на обслуживание газораспределительных сетей, сразу возвращаются в экономику – облгазы покупают паклю, смазку, трубу. Эти деньги не идут в сейф. Деньги для инвестиций – это работа для украинских компаний, чтоб они рыли, копали, варили.

Это также вернется в экономику, причем почти сразу – облгазы, получив деньги с потребителя, сразу же их потратят, ведь закупаются материалы и делается работа каждый месяц. Я даже не говорю о налоге на добавленную стоимость – чем больше инвестиций, тем больше компании приобретают, и больше уплачивают НДС.

Единственное, что не вернется – это прибыль. Но в первых шагах RAB-тарифа прибыль идет на привлечение и обслуживание инвестиций, и на оптимизацию процессов.

Для меня непонятно, в чем тут проблема, кроме как в том, что народ не хочет платить за обслуживание газораспределительных сетей. Непопулярно, но факт – это стоит денег.

Проверьте

Ахметов просто все забрал — сын убитого бизнесмена обвиняет олигарха в захвате бизнеса

Старший сын убитого в 1996 году украинского депутата и бизнесмена Евгения Щербаня — тоже Евгений …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *